Он всегда носил при себе эти монеты. Они заманчиво звенели, оттягивая пустой мешочек кармана. Монеты были разные. На самых больших, цвета золота с кровью, ..
Он нанял было дом у Таврического сада и записался в английский клуб, но внезапно умер от удара. Агафоклея Кузьминишна скоро за ним последовала: она не могла привыкнуть к ..
Загадка "двух личин", которую Леонид Андреев, даже не пробуя решать, так великолепно иллюстрировал, волновала Достоевского всю жизнь...
Волково кладбище, в XVIII в. находившееся на окраине Петербурга было местом похорон, в основном, бедных жителей города. В 1802 здесь был похоронен опальный писатель Александр Радищев (могила не сохранилась), позже - писатели демократического лагеря Виссарион Белинский, Николай Добролюбов, Дмитрий Писарев. После похорон в 1888 Всеволода Гаршина дорожка к их могилам через деревянные Надтрубные мостки стала называться "Литераторскими мостками". Позже название распространилось на всю прилегающую территорию кладбища, т.к. она стала традиционным местом погребения писателей, ученых, деятелей культуры, государственных и общественных деятелей. Это настоящий пантеон русской литературы и культуры.
В 1935 г. некрополь "Литераторские мостки", стал филиалом Государственного музея городской скульптуры.
На "Литераторских мостках" покоятся Иван Тургенев, Михаил Салтыков-Щедрин, Иван Гончаров, Николай Лесков, Александр Куприн, Всеволод Гаршин, Леонид Андреев, Александр Блок, Михаил Лозинский, Всеволод Рождественский. Ольга Берггольц. Здесь находятся могилы многих общественных деятелей, революционеров-народников, социал-демократов: Николая Михайловского, Германа Лопатина, Веры Засулич, Георгия Плеханова, здесь же - некрополь семьи Ульяновых. На "Литераторских мостках" похоронены также ученые Дмитрий Менделеев, Иван Павлов, Николай Миклухо-Маклай, Владимир Бехтерев, Александр Попов, Юлий Шокальский, Николай Качалов, Абрам Иоффе, Игнатий Крачковский; деятели искусств Николай Акимов, Исаак Бродский, Александр Брянцев, Леонтий Бенуа, Агриппина Ваганова, Кузьма Петров-Водкин, Аркадий Рылов, Николай Симонов и др.
Надгробные памятники кладбища созданы известными скульпторами Ильей Гинзбургом, Марком Антокольским, Михаилом Аникушиным, Матвеем Манизером, Леонидом Шервудом.
В Воскресенской церкви, старейшем сооружении на Волковском кладбище, памятнике архитектуры 2-й половины XVIII в., размещена экспозиция, рассказывающая о писателях, ученых, общественных деятелях, похороненных на "Литераторских мостках".
источник: Федеральное агентство по культуре и кинематографии - http://www.rosculture.ru/
Тем временем:
... - Вы не можете себе представить,-говорила она мне однажды,-какой ужас наводит на всех этот старый дом, которому недостает только башен и подъемного моста, чтоб походить совершенно на Удольфекий замок или Грасфильское аббатство. Если б вы знали, сколько рассказывают о нем чудных и страшных повестей. Говорят, что лет сто тому назад прежний помещик держал в нем разбойничью пристань, что глубокие погреба под этим домом завалены человеческими костями, что по ночам происходят в нем необычайные явления: слышен громкий стон, и хотя капитан- исправник уверяет, что будто бы это воет ветер по узким коридорам и переходам, которых понаделано в доме великое множество, но он говорит это потому, что живет в ладу с Асановым. Покойная моя мамушка рассказывала мне пре- ужасную историю об этом доме; странно только, что я почти совсем ее забыла, а, кажется, это не так давно; правда, я была тогда еще совершенным ребенком и, как помню, так перепугалась, что не могла заснуть всю ночь. В этом рассказе есть разбойники, мертвецы и какой-то ночной поезд; мамушка божилась мне, что это не сказка, а быль и что во всем здешнем уезде нет ни одного старика, который не знал бы эту повесть со всеми ее подробностями. Говорят также, что будто бы от времени до времени то же самое, что случилось некогда ночью в этом нечистом, закол дованном доме, повторяется и теперь, а особливо с тех пор, как нынешний помещик переехал в него жить. - А разве до Ивана Алексеевича Асанова никто в нем не жил? - спросил я сорокалетнюю сестрицу городничего, которая так еще недавно была ребенком. - Да, никто. Лет двадцать сряду все двери и окна на глухо в нем были заколочены. Ну, жаль, что Иван Алексеевич незнаком со мною ,- думал я, очень часто слушая все эти рассказы и толки...
